Эль-Мюрид про выживальщиков и ситуацию.

Есть такой любопытный феномен: «выживальщики». Наверное, специфическая особенность именно нашей страны, которая и при нормальной относительно власти, в общем-то, тот еще полигон. А уж при нынешних людоедах тут и самый ротозей поневоле будет прикидывать варианты.

У «выживальщиков» есть ответ на любую невзгоду. Они твердо знают, причем с формулами и расчетами, сколько тушенки потребуется на год-другой любого катаклизма, у них всегда есть схрон, способный выдержать если не прямое попадание мегатонной боеголовки, то уж от пары сотен килотонн в километре раз плюнуть. С соответствующими запасами, способными продержать в осаде полнокровный пехотный батальон. В общем — наши люди.

У них есть заветная формула — чуть что, нужно валить подальше от городов и пережидать катаклизм за пределами того, во что гарантировано превратятся человейничьи скопища. Беркем Аль-Атоми их пророк, а «Мародер» – их Библия. Правда, возможны и варианты.

Проблема в том, что идущее полным ходом переформатирование под новый мировой порядок никакими выживальными технологиями ранее не описывалось. А потому их ценность практически сразу превратилась в ноль. Собственно, она и раньше была не сильно велика. И дело здесь вот в чем.

Новый порядок затронет всех. И спрятавшихся, и не успевших. По-разному, но мало не покажется никому.

Если вкратце, то суть его выглядит вполне тривиальной: мегаполисы, а затем и крупные города будут постепенно превращены в собянинскую Москву с ее тотальным контролем, где контроль будет осуществляться как в явной форме (маски на лицо, куар-код в телефоне и бессистемные облавы на улицах и на транспорте), так и в непрямой. Непривитые (а прививаться придется раз в полгода, что по сути равнозначно отметке в органах после отсидки) попросту будут исключаться из социальной жизни. Ни в аптеку, ни в транспорт, ни в поликлинику без заветной отметки в прививочном паспорте не попадешь. Хоть пять масок на лицо напяливай. И это уже происходит, между прочим — уже отменены льготы на проезд для ряда категорий (причем самых небогатых), вскоре к ним неизбежно добавят дополнительный террор в виде неприема в поликлиники и отмене всех прочих льгот, включая и всевозможные региональные надбавки. В регионах контроль будет поплоше, но там и жизнь немного другая.

Такой контроль потребует дополнительного силового ресурса, который найдут без особого обременения бюджета — просто объявят набор в разнообразные дружины, которым оплатят усердие какими-нибудь подачками. Ну так в концлагерях основную работу лагерной администрации исполняли сами заключенные из числа капо, чьей привилегией было право зачерпывать вволю из общего бачка, но всё ту же вонючую баланду. Ничего нового: отнимите у людей всё, а потом верните чуть-чуть. Не всем. И эти «не все» будут рвать остальных за свои «привилегии». Ну, а некоторым и этого не надо — сам факт того, что они — власть, для них уже счастье. На юге такую работу уже выполняют казаки, которые вдруг оказались нужны. Подмосковные и московские улицы тоже уже патрулируют они же. В общем, тут никаких сложностей не предвидится.

Террор будет неизбежно дополнен зонированием — «ты туда не ходи, ты сюда ходи». А между зонами — пропуска. Цифровые, понятно — не в каменном же веке живем. Кстати, московское правительство выделило под 200 миллионов рублей на сбор еще одной самой полной базы данных о москвичах: «…Мэрия Москвы потратит 185 млн руб. на создание новой системы хранения персональных данных жителей столицы. В ней соберут не только информацию о документах граждан, но и данные об их фактическом доходе, месте проживания, родственниках, успеваемости детей в школе и даже домашних животных…»

Здесь всё сразу — это и про сбор податей, и про контроль над перемещениями, и подготовка к социальному паспорту, который, понятно, будет ранжировать москвичей по степени благонадежности и социальной значимости. Самый мусор (с точки зрения власти) ограничат в перемещениях в пределах 1-2 километров. Чуть позначимей — разрешат выходить за пределы жилой зоны. Лояльные граждане получат право свободного перемещения в пределах МКАД, ну а совсем солидные граждане — даже выезд в соседний регион. Хочешь «сверх положенного» – пиши заявку, рассмотрим. И может быть, даже удовлетворим. Но разово.

Это не шутки. Это уже идёт.

Казалось бы — за пределами этого кошмара в небольших городах и деревнях будет полегче. Будет. Но не полегче. Такой контроль вводить там будет нерентабельно, да и контроль в этих местах будет, мягко говоря, неубедительным. Зато эти территории можно будет перевести на специальный режим финансирования. Одна больница на город и десять фельдшерских пунктов по одному на район. А куда вам больше? Пару поездов для перемещений между зонами и один — для поездки в большой город. С обязательной вакцинацией и отметкой, действительной три дня. Она же — пропуск. Просрочил — развернули прямо на вокзале в карантинную зону. С последующей высылкой обратно за свой счет.

В такой ситуации все прежние стратегии «выживальщиков», рассчитанные на то, что нужно пережить критический период, после которого все как-то да наладится, теряют смысл. Критический период станет нормой. Иначе для чего всё вот это происходит прямо сейчас? Ну не для борьбы ведь с коронавирусом, эту байку продать даже совсем ушибленным всё сложнее.

Режим — банкрот. Полный и бесповоротный. Банкротство — вполне естественный процесс, и у него есть проверенная методика разрешения. Первым условием которой является смена управляющих. Что логично — раз вы довели до банкротства, то уж точно не вам вытаскивать.

А что делать, если управляющие не хотят уходить? Правильно, они переписывают правила, а недовольных цепями к станкам. Работайте, уроды, не вашего ума это всё. Именно это и происходит у нас на глазах. Как в масштабе страны, так и в глобальном масштабе. И ровно по той же причине — мировая система банкрот. Но управляющие уходить не намерены. Они, понятно, должны на кого-то записать убытки и кого-то уволить, но останутся-то все равно те, кто и довел до краха. А недовольных — на цепь.

В общем, это все к тому, что парадигма «переждать, авось оно как-нибудь образуется» – она не работает. И не будет работать. Единственный разумный шаг в таком случае — увольнение всей управленческой верхушки и введение полноценного антикризисного управления. А ховаться по лесам и схронам — ну, можно, конечно. Но совершенно бесполезно.

У «выживальщиков» есть ответ на любую невзгоду. Они твердо знают, причем с формулами и расчетами, сколько тушенки потребуется на год-другой любого катаклизма, у них всегда есть схрон, способный выдержать если не прямое попадание мегатонной боеголовки, то уж от пары сотен килотонн в километре раз плюнуть. С соответствующими запасами, способными продержать в осаде полнокровный пехотный батальон. В общем — наши люди.

У них есть заветная формула — чуть что, нужно валить подальше от городов и пережидать катаклизм за пределами того, во что гарантировано превратятся человейничьи скопища. Беркем Аль-Атоми их пророк, а «Мародер» – их Библия. Правда, возможны и варианты.

Проблема в том, что идущее полным ходом переформатирование под новый мировой порядок никакими выживальными технологиями ранее не описывалось. А потому их ценность практически сразу превратилась в ноль. Собственно, она и раньше была не сильно велика. И дело здесь вот в чем.

Новый порядок затронет всех. И спрятавшихся, и не успевших. По-разному, но мало не покажется никому.

Если вкратце, то суть его выглядит вполне тривиальной: мегаполисы, а затем и крупные города будут постепенно превращены в собянинскую Москву с ее тотальным контролем, где контроль будет осуществляться как в явной форме (маски на лицо, куар-код в телефоне и бессистемные облавы на улицах и на транспорте), так и в непрямой. Непривитые (а прививаться придется раз в полгода, что по сути равнозначно отметке в органах после отсидки) попросту будут исключаться из социальной жизни. Ни в аптеку, ни в транспорт, ни в поликлинику без заветной отметки в прививочном паспорте не попадешь. Хоть пять масок на лицо напяливай. И это уже происходит, между прочим — уже отменены льготы на проезд для ряда категорий (причем самых небогатых), вскоре к ним неизбежно добавят дополнительный террор в виде неприема в поликлиники и отмене всех прочих льгот, включая и всевозможные региональные надбавки. В регионах контроль будет поплоше, но там и жизнь немного другая.

Такой контроль потребует дополнительного силового ресурса, который найдут без особого обременения бюджета — просто объявят набор в разнообразные дружины, которым оплатят усердие какими-нибудь подачками. Ну так в концлагерях основную работу лагерной администрации исполняли сами заключенные из числа капо, чьей привилегией было право зачерпывать вволю из общего бачка, но всё ту же вонючую баланду. Ничего нового: отнимите у людей всё, а потом верните чуть-чуть. Не всем. И эти «не все» будут рвать остальных за свои «привилегии». Ну, а некоторым и этого не надо — сам факт того, что они — власть, для них уже счастье. На юге такую работу уже выполняют казаки, которые вдруг оказались нужны. Подмосковные и московские улицы тоже уже патрулируют они же. В общем, тут никаких сложностей не предвидится.

Террор будет неизбежно дополнен зонированием — «ты туда не ходи, ты сюда ходи». А между зонами — пропуска. Цифровые, понятно — не в каменном же веке живем. Кстати, московское правительство выделило под 200 миллионов рублей на сбор еще одной самой полной базы данных о москвичах: «…Мэрия Москвы потратит 185 млн руб. на создание новой системы хранения персональных данных жителей столицы. В ней соберут не только информацию о документах граждан, но и данные об их фактическом доходе, месте проживания, родственниках, успеваемости детей в школе и даже домашних животных…»

Здесь всё сразу — это и про сбор податей, и про контроль над перемещениями, и подготовка к социальному паспорту, который, понятно, будет ранжировать москвичей по степени благонадежности и социальной значимости. Самый мусор (с точки зрения власти) ограничат в перемещениях в пределах 1-2 километров. Чуть позначимей — разрешат выходить за пределы жилой зоны. Лояльные граждане получат право свободного перемещения в пределах МКАД, ну а совсем солидные граждане — даже выезд в соседний регион. Хочешь «сверх положенного» – пиши заявку, рассмотрим. И может быть, даже удовлетворим. Но разово.

Это не шутки. Это уже идёт.

Казалось бы — за пределами этого кошмара в небольших городах и деревнях будет полегче. Будет. Но не полегче. Такой контроль вводить там будет нерентабельно, да и контроль в этих местах будет, мягко говоря, неубедительным. Зато эти территории можно будет перевести на специальный режим финансирования. Одна больница на город и десять фельдшерских пунктов по одному на район. А куда вам больше? Пару поездов для перемещений между зонами и один — для поездки в большой город. С обязательной вакцинацией и отметкой, действительной три дня. Она же — пропуск. Просрочил — развернули прямо на вокзале в карантинную зону. С последующей высылкой обратно за свой счет.

В такой ситуации все прежние стратегии «выживальщиков», рассчитанные на то, что нужно пережить критический период, после которого все как-то да наладится, теряют смысл. Критический период станет нормой. Иначе для чего всё вот это происходит прямо сейчас? Ну не для борьбы ведь с коронавирусом, эту байку продать даже совсем ушибленным всё сложнее.

Режим — банкрот. Полный и бесповоротный. Банкротство — вполне естественный процесс, и у него есть проверенная методика разрешения. Первым условием которой является смена управляющих. Что логично — раз вы довели до банкротства, то уж точно не вам вытаскивать.

А что делать, если управляющие не хотят уходить? Правильно, они переписывают правила, а недовольных цепями к станкам. Работайте, уроды, не вашего ума это всё. Именно это и происходит у нас на глазах. Как в масштабе страны, так и в глобальном масштабе. И ровно по той же причине — мировая система банкрот. Но управляющие уходить не намерены. Они, понятно, должны на кого-то записать убытки и кого-то уволить, но останутся-то все равно те, кто и довел до краха. А недовольных — на цепь.

В общем, это все к тому, что парадигма «переждать, авось оно как-нибудь образуется» – она не работает. И не будет работать. Единственный разумный шаг в таком случае — увольнение всей управленческой верхушки и введение полноценного антикризисного управления. А ховаться по лесам и схронам — ну, можно, конечно. Но совершенно бесполезно.

Маршал авиации Худяков С.А.

Внезапно наткнулся на биографию маршала Худякова Сергея Александровича. Более мутной истории с обвинением и расстрелом в сталинский период – не знаю. История с Берией тоже мутная, но всё же она уже при Хрущёве как-никак – он активно следы заметал и устранял конкурентов. Ну на кой ляд Худякову понадобилось угонять самолёт с золотом Маньчжоу, когда у него итак ВСЁ было – уважение, должность, достаток ?! Ни одного прокола с 1918-го года – идеальный послужной список. Умница, а не военачальник. На редкость. Запечатлён на фото “ялтинской тройки”.

Измена Родине. Разбирательств на 5 лет и в итоге – расстрел. Семья тоже пострадала, как водится. Да, конечно, дальнейшая реабилитация с возвращением всего на свете. Но человека не вернуть.

Интервью Константинова Ильи о событиях 93-го года

Ведущий – либеральный дурачок, не смотря на недетский уже возраст. Приглашённый – утопист, ещё больше чем любой радикальный коммунист. Всё ещё не выучил, что капитализма с человеческим лицом не бывает. То есть внешне бывает, но на короткое время его бурного строительства, после перераспределения капиталов. И оба они видимо не в курсе, что диктатура есть ВСЕГДА. Диктатура равно государство. Вопрос лишь в чьих интересах. У нас диктатура крупной буржуазии (олигархата), а в Советское время – диктатура пролитариата – т.е. широких масс. Вот эти самые “советы”, которые были ликвидированы сверху до низу и были выразителем интересов широких масс. Депутаты в горящем Доме Советов выступали за “честную” приватизацию по именным чекам – это утопическая идея, если учесть наличие теневого управления, теневого капитала, сложившегося к 93-му году. Кто бы обеспечил защиту при выдачи именных чеков, честном распределении собственности на средства производства в отсутствии диктатуры широких масс? Беззубые утописты!

Интересная пропаганда 1986г про эмигрантов США.

Гениальный американский документальный фильм про русских эмигрантов 80-х. Видимо, по дурости, они сами не поняли, что сняли контрпропаганду. Пришлось даже что-то вырезать, но бестолку – шила в мешке не утаишь. Поразительно другое – проходят десятилетия, сменяются поколения, а привлекательный образ Нью-Йорка, и Америки в целом, всё ещё удаётся поддерживать в общественном сознании. Ну кто ж поверит “нанятым для кино эмигрантам” ? Едрён-батон, этож 1986-ой год, центральное телевидение! Очевидно же, врут как дышат! Заказ!

А сейчас, в 2020-м они так же не доверяют Ютуб-каналам русских эмигрантов, с таким трудом осевших в Канаде, США, Австралии, Израиле – десятки и сотни их. И все снимают на деньги Кремля, с целью опорочить Свободный Мир Запада! Да нет, ребята. Сваливший за чертополох только через несколько лет по настоящему понимает, в какую жопу он попал, а сделать уже ничего нельзя – квартиры нет, возвращаться и начинать сначала уже не на что, некуда и некогда. А даже если есть, то возвращаться побитой собакой ещё тошней. Уж лучше бомжом в Лос-Анжелесе.

Хорошая статья ( в виде интервью ) Фурсова А.

НА ПОРОГЕ НОВОГО МИРА: ХМУРОЕ УТРО, ОГОНЬ И СТАЛЬ


(мировые элиты, местная «илитка» и левый проект)
Беседа с Андреем Фурсовым

Это большое интервью я дал газете «Культура». В номере от 28 августа 2020 г. газета опубликовала его маленький фрагмент. Мне, разумеется, важен весь текст, поэтому, добавив к нему фото- и видеоряд, я вывесил интервью на сайте Института системно-стратегического анализа.

Небольшое предуведомление. На наших глазах отмирает старый – капиталистический – мир. Во многом он уже превратился в скелет – вроде того древнего крокодила-гиганта из Палеонтологического музея Сада растений в Париже, сквозь пасть которого я смотрю на читателя. Костенея, старый мир может (и я уверен – попытается) хищно щёлкнуть напоследок зубами, постаравшись захватить с собой в Тартар Истории энную часть человечества. Поэтому будем бдительны: скелет может ожить и укусить. Это первое.

Второе: мир, который готовят на смену уходящей системе её хозяева, будет много хуже и жёстче, чем капитализм ядра системы в пору его расцвета. Хуже и жёстче – для большей части тех, кто попадёт в «посткап», большую часть неолюдоеды постараются отсечь от будущего. Но это – если у планировщиков выгорит. Надо, чтобы не выгорело, тем более что они не все сильны. Их мир должен оказаться мертворождённым – скелетом крокодила 2.0. У рептилий есть большая слабость: они имеют только рептильный мозг, ведающий отношениями господства – подчинения, контролем над территорией и сексуальным поведением. У них, включая их социальную разновидность (зло всегда рептильно) нет ни лимбического мозга, ни неокортекса. Когда-то млекопитающие эволюционно «сделали» динозавров благодаря триаде «лимбический мозг – тёплая кровь – короткий сон». Оказавшись оргоружием, эта триада позволила нашим теплокровным предкам перевести игру в такое измерение, где у звероящеров, динозавров шансов выиграть не было. Сегодня предстоит сделать то же самое с гомозаврами, человеко-ящерами (не путать с рептилоидами и прочей глупостью). Для этого нужна сила; сила есть знание в его высшей форме – понимания. Прежде чем нанести удар, нужно понять: кому и в какой момент, а для этого нужна реальная картина мира – мощнейшее психоисторическое оружие. На эту тему я и рассуждаю в своём интервью, называя вещи своими именами и получая от этого удовольствие. Подписываюсь под словами Карла Маркса, двухсотлетие со дня рождения которого два года назад отмечала большая часть мира (кроме РФ), «нам нравится эта работа – называть вещи своими именами».

Про подавление мятежей. Реми Майснер.

Представьте, что сплошной майдан на Украине начался бы примерно так: утречком двое нациков с удостоверениями сотрудников СБУ заходят в российское посольство и убивают Зурабова; распропагандированные нациками спецназовцы из “Альфы” захватывают в заложники Захарченко с заместителями; в Харькове отряд вооруженных боевиков штурмует здание администрации и офис ПР, Кернес и все его приближенные зверски убиты; на заседании Рады Тягнибок, забравшись верхом на трибуну, объявляет, что Зурабова “казнили” националисты и провозглашает, что “отныне украинский народ наконец-то свободен от Москвы”; в Киеве отряды вооруженных боевиков рыщут по городу и истребляют депутатов ПР, половина бойцов ВВ и часть “беркутовцев” переходят на сторону мятежников; захвачен телецентр, по всем каналам показывают “обращение к украинской нации”, администрация Януковича объявляется низложенной. Причём всё вышеперечисленное происходит в один день, за несколько часов.

Как вам такой поворот? Продержался бы Янык почти три месяца при ТАКИХ раскладах? Вопрос, собственно, риторический.

Небольшой экскурс в историю.

В ночь с 6-го на 7-е июля 1918-го года товарищ Сталин получил от товарища Ленина телеграмму следующего содержания:

“Сегодня около 3-х часов дня левый эсер убил бомбой Мирбаха. Это убийство явно в интересах монархистов или англо-французских капиталистов. Левые эсеры, не желая выдать убийцу, арестовали Дзержинского и Лациса и начали восстание против нас.”

Такой вот “евромайдан” устроила советской власти Партия Левых Социалистов-Революционеров (ПЛСР). Никаких тебе прелюдий, никаких “мирных студентов” с плакатиками. Со слов Ильича ещё весьма радужная картинка вырисовывается. В реальности всё было намного жестче. Дзержинского арестовали не просто какие-то “эсэры”, а взбунтовавшееся спецподразделение ВЧК, т.н.з. “Боевой отряд” под командованием Дмитрия Попова. Попов – опытный и умелый командир, он потом ещё у батьки Махно правой рукой был. У Попова – 800 хорошо подготовленных бойцов, на вооружении, помимо прочего, несколько артиллерийских орудий и бронетехника. К “Боевому отряду” присоединились распропагандированные эсэрами солдаты из полка имени Первого Марта, и войска мятежников получили в Москве значительный численный перевес над войсками, верными большевикам. Ленин ничего не пишет о том, что эсеровские боевики захватили и объявили своим “заложником” председателя Моссовета, Петра Смидовича. Ленин не упоминает о страшных слухах, будто против большевиков взбунтовалась вообще вся ВЧК. Ещё Ленин не упоминает о том, что в Ярославле боевики савинковского “Союза защиты Родины и Свободы” разграбили склад оружия и захватили исполком, ГубЧК, почту, телеграф, радиостанцию и казначейство. Председатель исполкома губсовета и военный комиссар Ярославского ВО – убиты. Перерезаны железнодорожные магистрали, связывающие Москву с Севером и Сибирью.

Что же Ильич предлагает делать в такой пиковой ситуации? Вступить в переговоры с Савинковым? Искать компромисс и срочно замиряться с левыми эсэрами? Написать возмущённое письмо англо-французским капиталистам – мол, “Вы пытаетесь совершить в нашей стране переворот, не надо так”?

Вот, как продолжает Ленин телеграмму Сталину:

“Мы ликвидируем сегодня же ночью беспощадно и скажем народу всю правду: мы на волосок от войны. У нас заложниками сотни левых эсеров. Повсюду необходимо подавить беспощадно этих жалких и истеричных авантюристов, ставших орудием в руках контрреволюционеров.”

Ага, не прошло и суток, а уже “сотни эсэров в заложниках”. Большевики не сильно рефлексировали: как только стало известно о причастности ЦК ПЛСР к убийству Мирбаха и аресту Дзержинского, Ленин начал действовать – быстро, эффективно и беспощадно. 450 эсэров, включая знаменитую революционерку Марию Спиридонову, были арестованы прямо в Большом театре, во время очередного заседания Съезда Советов. Нехилая спецоперация, кстати – особенно учитывая тот факт, что многие эсэровские депутаты были вооружены. Одновременно с арестами – большевики провели экстренную мобилизацию среди рабочих столицы. Верные большевикам войска заблокировали взбунтовавшийся “Боевой отряд” в здании штаба, в Трехсвятительском переулке. Бойцам Попова предложили сдаться, а после отказа – штаб был тут же обстрелян из артиллерийских орудий. Это так и не принудило бунтовщиков к капитуляции, но резко отбило у них охоту выглядывать на улицу. В оконцовке получилось, что отряд Попова за целые сутки так и не вышел из казарм. А утром 7-го июля выходить было уже поздно – в город прибыли латышские стрелки и начали наступление на мятежников, по всем правилам военной науки и со всей суровостью военного времени. Не ожидавшие такой лихой и быстрой оборотки, эсэровские боевики, занявшие, было, Главпочтамт и вышедшие на подступы к Кремлю, дрогнули и начали отступать. К вечеру того же дня мятежники уже размышляли не о “штурме Кремля”, а о том, как бы свои шкуры спасти. А большевики уже были озабочены не обороной, а эффективным отловом разбегавшихся, словно тараканы, повстанцев:

“Предписывается всем районным Совдепам и рабочим организациям немедленно выслать как можно больше вооруженных отрядов, хотя бы частично рабочих, чтобы ловить разбегающихся мятежников.
Обратить особое внимание на район Курского вокзала, а затем на все прочие вокзалы. Настоятельная просьба организовать как можно больше отрядов, чтобы не пропустить ни одного из бегущих.
Арестованных не выпускать без тройной проверки и полного удостоверения непричастности к мятежу.

Ленин.”

Политическую борьбу эсэры также позорно “слили”. Руководители восстания полагали, что попытка переворота вызовет панику, смятение и раскол в РКП(б), но большевики и не думали паниковать, а раскол со смятением начались среди самих левых эсэров. В частности, уже к вечеру 6-го июля о размежевании с ПЛСР объявил один из лидеров этой партии, Андрей Колегаев, который ещё недавно со скандалом покинул пост наркома земледелия в знак протеста против политики большевиков. В телефонном разговоре с членом РВС Восточного фронта Мехоношиным Ленин с удовлетворением отмечает:

“Колегаев говорил мне лично, затем Зиновьеву и многим другим, что он, Колегаев, противник теперешней политики левоэсерской партии. Я не сомневаюсь, что безумно-истеричная и провокационная авантюра с убийством Мирбаха и мятежом центрального комитета левых эсеров против Советской власти оттолкнет от них не только большинство их рабочих и крестьян, но и многих интеллигентов.”

В том же разговоре Ленин подводит итог московского “майдана-1918”:

“Весь мятеж ликвидирован в один день полностью.

8-го июля вышел экстренный выпуск газеты “Правда” в котором была опубликована телефонограмма Московскому совету:

Передать всем волостным, деревенским и уездным Совдепам Московской губернии.
Разбитые банды восставших против Советской власти левых эсеров разбегаются по окрестностям. Убегают вожди всей этой авантюры. Принять все меры к поимке и задержанию дерзнувших восстать против Советской власти. Задерживать все автомобили. Везде опустить шлагбаумы на шоссе. Возле них сосредоточить вооруженные отряды местных рабочих и крестьян. Есть сведения, что один броневик, который был у восставших, бежал за город. Принять все меры к задержанию этого броневика.

Председатель Совнаркома Ленин.”

Вот, как надо с мятежниками разбираться, если по уму. А не вилять, выстраивая хитрые комбинации и прикидывая, “как бы ловчее использовать восстание в своих целях, для победы на грядущих выборах”. Мятеж левых эсэров был быстро разгромлен не потому, что эсэровские боевики сильно уступали в бойцовских качествах боевикам сегодняшних майданщиков-наци. Мятеж разгромили всего за сутки потому, что Советским государством, в отличие от квази-государства под названием “Украина”, руководили умные, бесстрашные, самоотверженные люди, настоящие вожди и прирожденные лидеры. Они не теряли голову в трудных ситуациях и обладали достаточной твердостью, чтобы не гнуться под чужую волю. Они опирались не на олигархические группировки, а на поддержку всех трудящихся страны. Они имели отличную связь с народными массами, что открывало множество возможностей – взять хоть то же ополчение, рабочие дружины, защищавшие советскую власть в Москве до подхода дивизии латышских стрелков. Ну можно ли представить себе Януковича, бегающего по заводам и раздающего автоматы с пистолетами работягам? Это снова – риторический вопрос.

Одним словом, большевики вели себя, как настоящая Власть. И они ИМЕЛИ ПРАВО так себя вести. Потому устраивать в советской столице “майданы” было занятием малоперспективным.

А в современном Киеве – другое дело. Вона, каких успехов добились нацики – чисто за счет дерзости и сплоченности. Готов поспорить, теперь “майданы” на Украине будут проводиться повсеместно и регулярно. Почему нет-то? Отличный способ решения бизнес-конфликтов, например. Отличный способ сведения счетов с надоевшими соседями и земляками. Отличный способ нажиться на грабеже и мародерстве. Отличный способ прославиться или просто весело провести время, наконец. Сплошной профит, короче. И главное – за это ничего не будет. Мечта любого хищника!

Хорошее кино про “майдан-1918” – фильм “Шестое июля”. Каюров в роли Ленина – бесподобен. Как и Лановой в роли Железного Феликса. Настоятельно рекомендую товарищам посмотреть этот фильм. После просмотра станет ясно, отчего майданщики так ненавидят памятники Ильичу. Действия Ильича летом 18-го года – это отличный пример того, как надо решать вопрос с прислужниками империалистов, которые пытаются устроить в твоей стране государственный переворот.

Автор – Реми Майснер

Откровения Чубайса

В конце этого печального потока сознания самое интересное: результата нет, так как денег на взрывные инновации нет, а есть они, внимание(!) в Пенсионном Фонде!!! Да, риски, ну а что делать, придётся лезть в него. Ролик можно разбирать на цитаты.

Путин и рождаемость

Обожаю разные статистические графики. Уважаемый burkina-faso ежедневно поставляет их нам и объясняет их значение. На графиках легко показать лукавство и манипуляцию отдельных чиновников. Скажем, вот рождаемость.

https://burckina-new.livejournal.com/1981231.html

Зиновьев. Русская трагедия.

“Я живу с каким-то подсознательным подозрением, что я и те люди, с которыми я общаюсь, суть призраки, привидения, тени. Почему так? Думаю, что основа для такого состояния – осознание того факта, что наш народ уже не существует как целостный организм. Живет множество отдельных людей, считающих себя русскими. Но они уже не образуют единый, целостный народ. Жизнь народа прервана. Живой народ – это преемственная и непрерывная жизнь в ряде поколений. Жизнь отдельного человека имеет смысл лишь как кусочек и звено в этой жизни народа. Это не обязательно для каждого человека по отдельности совместная жизнь дедов, родителей, братьев, сестер, детей, внуков. Это – для множества связанных многочисленными нитями в целое отдельных людей совместная жизнь и преемственность ее во времени в множестве последовательных поколений. Эта связь разрушена. Оборвана преемственность поколений. Разорваны и пространственные связи. Остались клочья разорванного вещества, составлявшего народ. Я, Жена, Критик, Защитник, наши дети и внуки, мои студенты и даже «новые русские», – все мы суть клочья взорванного изнутри народа.

В образовавшейся свалке кусков бывшего народа что-то новое прорастает. Что? Отнюдь не новый народ. На образование народа нужны века и даже тысячелетия. А тут идет бурный рост какой-то новой живой материи. Что это за материя? Я думаю, что это – социальные сорняки, антисоциальная материя. Посеянные Западом семена социальной «кукурузы» прорастают в виде ублюдочных форм жизни, – ублюдочного подобия западоидов, западоидных предприятий, учреждений, действий, продуктов и т. п. Это не продолжение жизни народа – трупы не воскресают. Это новая, чуждая нам жизнь, вырастающая на продуктах распада нашего народа. И хотя у нас вопят о русскости, о русском национализме, о русских традициях, хотя реставрируют православие и золотят купола церквей, хотя восстанавливают дореволюционные символы и названия, это все не здоровые ростки жизни русского народа, а кладбищенские заросли сорняков, вопли отчаяния и боли умирающего народного организма, заупокойный плач по безвременно погибшему близкому существу.

По телевидению показывают советские фильмы. Зачем? Люди охотно смотрят, особенно старики. Ностальгия по прошлому. Молодежь не верит, что так было, как показывают в фильмах. Мол, вранье. Да, вранье. Но не в том, что молодежь считает враньем, а в том, что она воспринимает как правду то, что для нас было враньем. Показывают западные фильмы, в основном американские. И наши по американским образцам. Секс, насилие, преступления, разврат. Вроде бы это осуждается, но так, что фактически молодежь обучается всему этому. Реальная жизнь сера, уныла, бездарна. А преступления и разврат – ярко и увлекательно. Я наблюдаю за Внуком и его друзьями. Они уже ушли из-под нашего влияния и контроля.

Изредка по телевидению бывают передачи, правдиво отражающие нашу жизнь. Но они уже не трогают. А основное время занимают искусственно яркие и бодрые передачи с таким видом, будто идет на самом деле интересная, красивая, здоровая жизнь. И реклама, реклама, реклама. И трепотня политиков и бизнесменов. И самолюбование артистов, журналистов, спортсменов и прочей культурной «надстройки».

И одновременно во всех СМИ фрагменты информации о страшнейшей в истории трагической судьбе русского народа. И к этому уже привыкли.”